Scroll to top
Русская психоаналитическая ассоциация

Первое Ателье "Лакан в России". Вступительное слово

Жак-Аллен Миллер, 2011

Сколько человек говорит по-французски? Это даст возможность понять, сколько человек воспринимает мою речь непосредственно. Мы в очень красивом зале, в библиотеке. В будущем нас ждет всё меньше и мень­ше библиотек с книгами из бумаги, с чернилами на бумаге. В сущности, библиотека – это вихрь означающих. Именно здесь означающие существуют в своей видимой материальной форме, и именно поэтому это очень подходящее место, чтобы говорить о психоанализе. В Париже в моем кабинете целая стена заня­та книгами. Но означающие находят и иную форму: с компьютером и выходом в интернет мы можем попасть в любую библиотеку, получить доступ ко всем книгам мира.

Jacques-Alain Miller à Moscou, I

Мы сами являемся переносчиками означающих и обнаруживаем их, когда говорим или когда видим сны. «Образования бессознательного» – это как производство книг. В то же время библиотека – это кладбище. Книги молчаливы: они не разговаривают, и, надо заметить, к счастью. Представьте себе каждую из этих книг, желающую поговорить. Мы бы перестали друг друга слышать, понимать. Библиотека – это не просто книжная кладовая. В каждой библиотеке всегда есть место для живого тела. В каком-то смысле, вокруг смерти, вокруг мертвых означающих есть место, предназначенное для наших тел, живых, говорящих, представляющих другую форму означающих по сравнению с означаю­щими написанными.

 

Мы представляем себе означающие как нечто, что говорится и проговаривается. Здесь же означающие написанные. И мы видим, каким образом поделен наш зал: на две части. Есть сцена, трибуна, как сцена в театре, и зрители. Как правило, те, кто присутствуют на лекции, спят. Это одна из особенностей произнесенного означающего: от него клонит ко сну. Мы видим здесь одну из сложностей профессии психоаналитика. Если мы не образованы как аналитики, означающее, произнесенное пациентом, склоняет нас ко сну, даже если речь па­циента увлекательна. Иногда пациент доволен тем, что аналитик спит, он может говорить о важных вещах, будучи уверенным, что аналитик их не услышит, но это не лучшая ситуация. Итак, идея ателье в том, чтобы не дать нам возмож­ности спать, обязать нас проснуться, не быть загипнотизированными. Ателье создано для того, чтобы нас потревожить. Вы думали прийти, чтобы поспать в течение двух дней, но этого не случится. Я бы не хотел быть навязчивым, но мне бы всё же хотелось, чтобы вы были несколько встревожены. Каждый из вас имеет возможность выступить: от выступающего потребуется несколько означающих в отношении того, о чем согласились рассказать одиннадцать наших коллег. Благодаря им, первым согласившимся проснуться, наше Ателье и состоялось. Поэтому я вас прошу выслушать их с большим вниманием, потому что после мне потребуются ваши вопросы и комментарии.

Это Ателье называется «Опыт психоанализа». Как нужно расслышать слово «опыт»? Есть лабораторный опыт, а есть опыт жизненный. Но есть одна общая черта во всём, что мы называем опытом. Мы называем этим словом то, что не может быть представлено заранее. Опыт является предчувствием некоего happening – мы употребляем английское слово, чтобы обозначить неожиданность события. Конечно, есть латинское выражение experimentum mentis, мысленный опыт, обозначающий усилие по «представлению заранее». У нас будет соответствующий пример сегодня во второй половине дня, в выступлении Натальи Гомоюновой, которая объяснит, каким образом она думала спланировать свой анализ, и как, по ее словам, «ничего не происходило так, как я себе представляла».

Jacques-Alain Miller à Moscou, II

Именно поэтому говорят, что необходим собственный опыт. И когда мы употребляем слово «опыт», мы всегда обозначаем некую дыру в знании. То, что мы собираемся сказать и сделать здесь, не является уже написанным в биб­лиотечной книге. Это могло бы быть записано только в библиотеке Борхеса – бесконечной библиотеке всех возможных книг, которую называют Вавилонской библиотекой. Но так как эта библиотека не существует, опыт, и особенно опыт психоанализа, всегда относится к нехватке знания. А значит, необходимо услы­шать рассказы об анализе, рассказы о некоторых моментах анализа, когда что-то происходит. Однако между строк всегда слышится отсылка к нехватке – это всегда отсылает к чему-то, чего нет. И именно поэтому это опыт.